Когда речь заходит о средневековых сражениях, воображение большинства людей рисует одну и ту же картину: разгорячённые воины с мечами и топорами, которые с дикими криками несутся на врага, едва не обгоняя друг друга. Этот образ настолько прочно засел в головах, что кажется едва ли не документальным. Однако между кинематографическим хаосом и реальной тактикой прошлого лежит пропасть, которую редко кто замечает.
Мне всегда было интересно, почему же так происходит. Ведь если задуматься хотя бы на минуту, становится очевидно: бежать сломя голову на ощетинившегося копьями противника — затея, мягко говоря, самоубийственная. Но кино продолжает тиражировать этот образ из фильма в фильм, из сериала в сериал, и массовый зритель принимает его без возражений.
В этом материале я хочу разобрать природу этого явления: как оно выглядит, почему оно не имеет ничего общего с реальностью и откуда вообще взялось. Кроме того, я приведу примеры фильмов, где атака холодным оружием показана правильно — такие случаи редки, но они существуют и доказывают, что снимать достоверно и при этом зрелищно вполне возможно.
Сразу оговорюсь: я не ставлю перед собой цель просто поругать кинематограф. Штампы становятся штампами, потому что они работают на определённую аудиторию. Но это не значит, что альтернативы нет. Снять правильную боевую сцену так, чтобы она захватывала дух, — задача сложная, но результат способен выделить фильм на фоне десятков проходных картин с одинаковыми батальными эпизодами.
Как выглядит типичная киношная атака
Обычно всё развивается по одному сценарию. Отряд или целое войско выстраивается напротив врага, какое-то время сохраняя подобие порядка. Затем кто-то издаёт боевой клич, и вся масса людей срывается вперёд. Строй, который мог выглядеть вполне убедительно, мгновенно рассыпается. Каждый бежит так, будто участвует в забеге на короткую дистанцию, и к моменту столкновения от организованного подразделения не остаётся и следа.
Классический пример — «Властелин Колец: Возвращение короля», где конница роханцев врезается в ряды орков на полном скаку. Это выглядит эффектно, но даже для кавалерии такая атака была бы спорной, не говоря уже о пехоте.
В «Игре престолов» во время битвы при Черноводной защитники Королевской Гавани также бросаются в бой с разбега, хотя куда логичнее было бы держать строй и встречать врага организованно.
В «Викингах» подобные сцены встречаются настолько часто, что уже перестают удивлять: скандинавы бегут на врага, размахивая топорами, и каким-то образом остаются в живых.
Дальше — больше. Добежав до противника, герои влетают в него с разгона, даже не пытаясь затормозить. В самых запущенных случаях такой наскок производится на плотный строй с копьями или щитами. Иногда, когда режиссёр совсем не утруждает себя постановкой, вражеское войско симметрично ломится навстречу. В итоге два потока людей проходят сквозь друг друга, и начинается хаотичная свалка, распадающаяся на отдельные дуэли, которые так удобно снимать крупным планом.
В «Викингах» первого сезона особенно показательна сцена, где воины буквально бросаются на строй с копьями, и это преподносится как акт храбрости, а не глупости.
В «Ведьмаке» битва при Соддене также изобилует подобными моментами: солдаты бегут вперёд, теряя всякую связь друг с другом, и бой превращается в набор индивидуальных схваток.
Такая свалка, разумеется, длится до победного конца — пока одна из сторон не побежит или не будет перебита до последнего бойца. И самое удивительное, что этот приём кочует из эпохи в эпоху: от бронзового века до Наполеоновских войн, от Трои до гражданской войны в Америке.
В «Трое» ахейцы несутся на стены Илиона, словно не знают, что такое усталость и страх.
В «Наполеоне» Ридли Скотта пехота обеих сторон бежит друг на друга, хотя в эпоху наполеоновских войн строй был основой всего.
В «Богах и генералах» солдаты Гражданской войны в Америке также бросаются в штыковую бегом, хотя на деле такие атаки были редкостью и проводились совсем иначе.
Любопытно, что этот штамп перекочевал и в другие медиа. В видеоиграх, например в старых исторических частях Total War, команда «charge» заставляет отряд бежать на врага, получая бонусы к атаке. В настольных варгеймах вроде обеих Warhammer рывок в рукопашную удваивает или утраивает движение отряда, давая ещё и преимущества в ближнем бою. Получается, что кинематографический образ настолько укоренился, что стал частью игровой механики.
Если вдуматься, всё это выглядит настолько противоестественно, что такие сцены спасает только привычность для зрителя. В кино со сценами сражений на холодном оружии этот штамп вездесущ, и его давно кодифицировали тематические энциклопедии. А вот контрпримеров поди ещё найди. Причём случаи, когда в кино изображают бестолковый налом безликой вражеской орды на стойкий боевой порядок главных героев, как в «300» Зака Снайдера, ещё можно списать на художественный приём: изображение врага в героическом эпосе глупым, но многочисленным — давняя традиция.
Но когда подобным образом действуют главные герои, да ещё и заявленные умелыми воинами, возникают вопросы. Вы что, смерти ищете?
Почему бег в атаку — это плохая идея
Теперь давайте разберёмся, почему сближение с противником бегом не даёт вообще никаких преимуществ, которые бы стоили затраченных сил. Схватка на холодном оружии требует физической выносливости, и вступать в неё уставшим, со сбитым дыханием — затея печальная. Чтобы набрать импульс для сильного удара, достаточно нанести его просто на шаге. Зато, набрав скорость на бегу, гораздо сложнее скорректировать направление движения и можно налететь на что-нибудь острое. Так зачем?
Реконструкторы Раннего Средневековья иногда рывком с разбега пытаются прорвать вражескую стену щитов, но это вряд ли сработало бы в крупном сражении, где строй глубже двух рядов. Да и манёвр это откровенно самоубийственный.
Возможность чуть быстрее преодолеть обстрел из луков тоже того не стоит: от стрел защитят доспехи или щит, а дыхалку и ноги стоит поберечь для схватки. Ну а если нет ни доспехов, ни щита, то что ты вообще забыл в первых рядах атакующих?
Но у перемещения бегом есть другой недостаток, главный. Оно нарушает строй, а строй — это жизнь. Именно поэтому в атаку не бегали даже в Новое время, с распространением огнестрела. Хороший темп штыковой атаки — ускоренный марш, он же double time у англосаксов, pas de charge у французов или pasodoble у испанцев, 120 шагов в минуту. Научить солдат держать равнение в шеренгах на быстром шаге можно; на бегу это, как минимум, намного сложнее, бегают все по-разному. А уж если выбежать из строя прямо перед сходом на холодном оружии — это почти гарантированная смерть.
Мне неоднократно доводилось участвовать в военно-исторической реконструкции Раннего Нового времени, и личный опыт помог прочувствовать этот тезис на собственной шкуре. Атака строя, особенно ощетинившегося копьями и пиками, сама по себе требует храбрости, даже когда оружие тупое, а люди с той стороны не хотят тебя всерьёз убивать. Но самое неприятное — это сближаться с врагом первым, потому что даже понарошку боишься, что товарищи за тобой не пойдут, а противники примут вдвоём или втроём, так, что точно не защитишься.
Лучший способ ударить на врага всем вместе — это подойти к нему строем, а желательно вообще шагая под счёт или барабан, чтобы точно никто не вывалился. А вот атака с разбегу — почти гарантированный способ драться не с одним противником, а сразу с тремя, с предсказуемым результатом. Что уж говорить про любимое киношниками смешение двух боевых пятен, в котором в любую секунду можно удар в спину получить?
Люди вообще не любят ни умирать, ни получать раны, поэтому при встрече двух пеших баталий никто друг на друга не прыгал. Строи сходятся не спеша и осторожно, бойцы издалека начинают прощупывать рабочую дистанцию оружия и защиту противника, обмениваются ударами, стараясь не подставляться. Нанеся друг другу потери, боевые порядки могут ещё и разойтись на пару шагов, чтобы подобрать раненых и перестроиться. В эпоху огнестрельного оружия бой на пиках или штыках одна из сторон могла и вовсе не принять: видя сомкнутые вражеские шеренги с острой сталью, многие офицеры, да и солдаты, предпочитали отойти.
Увы, но ничего общего с тем, как это показывают в фильмах. Так, может, на экране просто по-другому нельзя, и забеги орущих воинов — единственный способ изобразить атаку в кинематографе?
К счастью, это не так. Фильмы, в которых атака подразделений с холодным оружием показана хорошо, существуют, хоть их и немного. В первую очередь вспоминается «Капитан Алатристе» и столкновение пикинерских баталий при Рокруа: испанские и французские пехотинцы сходятся медленно, по шагу, осторожно прощупывая вражеские пики и явно не стремясь на них поскорее насадиться.
Если говорить об античности, то очень хороши батальные сцены из сериала «Рим», хоть их там и прискорбно мало.
К ним можно придраться с исторической точки зрения, но в них отлично показано, что воины, даже варвары-галлы в первой серии, стараются сближаться с противником осторожно, шагом, сохраняя строй.
Двоякое впечатление производит битва из фильма «Троя» 2004 года: под стенами Илиона войско Агамемнона ломится в тупую атаку по всем голливудским канонам, но троянцы держат довольно плотную фалангу и в итоге заставляют ахейцев отступить. Чем не демонстрация преимущества верного подхода?
Найдётся пример и из фэнтези: Битва Бастардов из «Игры Престолов», девятая серия шестого сезона. На неё я делал отдельный разбор и особо оценил строевую подготовку болтонских пикинеров и медленное, но методичное наступление. Показанный в сериале боевой порядок, конечно, мало общего имеет с историческими, но стоит засчитать хорошую попытку, особенно на фоне других батальных сцен сериала.
Почти получилось у отечественного сериала «Собор»: там шведские каролинеры ходят в атаку именно скорым шагом под барабан, но тем обиднее, что в сцене Полтавской баталии за двадцать шагов до русского строя они всё равно срываются на бег, и строй разваливается. Ещё и шведский манир боя со штыком и шпагой одновременно даже не попытались изобразить. Ну да это тема отдельного разговора.
А ещё, внезапно, очень неплохи боевые сцены из «Александра Невского» Сергея Эйзенштейна. Да, с поправкой на ускоренность движения в старом кино, но никаких безумных наскоков там нет, а массовка явно хочет жить. Возможно, этому помогало наличие на съёмочной площадке настоящей, а не нарисованной на компьютере, стены копий.
Откуда взялся этот штамп
Глядя на масштабы использования этого штампа в кино, я задался вопросом: а откуда режиссёры вообще его взяли? Все эти яростные атаки рассыпным строем с разбега даже с бытовым здравым смыслом плохо дружат. Кинохроник средневековых сражений у нас не осталось, так что срисовывать напрямую неоткуда. Да, на большинство средневековых батальных сцен мирового кинематографа значительно повлиял тот же «Александр Невский», но ведь в нём сходы строев с копьями и мечами показаны вполне адекватно — значит, не оттуда штамп. Так откуда? Не из головы же придумали, у всякого художественного образа должен быть некий прообраз.
А потом меня осенило. Я понял, где режиссёры подсмотрели отчаянную штыковую атаку бегом с криком «Ура». Да в эпохе мировых войн же.
Действительно, одной из первых ассоциаций к словам «мировая война» у многих людей будут разреженные цепи пехоты, бегущие по ничейной земле в сторону вражеских окопов. Разумеется, с примкнутыми штыками и криком «Ура!» — особенно если речь пойдёт о красноармейцах Великой Отечественной. Такие эпизоды попадали на кадры кинохроник и, разумеется, во множество фильмов о Первой и Второй мировых войнах. Судя по всему, кинематограф со второй половины двадцатого века, изображая атаку с холодным оружием, опирался именно на эти источники. Ведь винтовка со штыком — это почти то же самое копьё, а раз с ней атаковали бегом, то так было всегда. Похоже ведь на правду?
Вот только штыковая атака пехоты эпохи мировых войн для военного дела того времени была явлением довольно новым, и сформировалась такая тактика потому, что с одной стороны появилась возможность, а с другой — необходимость. Движение бегом, даже рывком, на пределе скорости, нужно для того, чтобы как можно быстрее преодолеть простреливаемое пространство и не быть застреленным, добраться до противника, пока его огонь подавлен артиллерией, пулемётами, гранатами. Рассыпной строй при этом уже не будет таким уж минусом: во-первых, противник тоже не в каре стоит, а рассредоточен по траншее или другому укрытию такой же цепью, а во-вторых, едва ли он готов фехтовать с атакующим солдатом на штыках, если только что стрелял или сам укрывался от вашего огня. Скорее всего, его собственный штык даже примкнут не будет: задача убить противника в таком раскладе сводится к «добежать и ткнуть». Это, само собой, намного проще, чем сход на холодном оружии в эпоху Античности, Средневековья или Нового Времени.
А ещё пехотные атаки двадцатого века кинематограф тоже понимает неправильно.
Те километровые забеги по ничейной земле в полный рост, которые чаще всего показывают в кино про войну, имели место, пожалуй, в средний период Первой мировой, но уже к 1918 году, с повсеместным внедрением тактики штурмовых групп, атака пехоты на вражеские окопы выглядела по-другому, что уж говорить о сороковых годах.
Собственно, боевой устав пехоты РККА 1942 года предписывает следующее: с дистанции 40-50 метров отделение с криком «ура» решительно и стремительно врывается на позицию противника, уничтожая его ручными гранатами, огнём в упор, штыками и прикладами. Дистанция в 50 метров рывком преодолевается за 6-8 секунд, за это время в бегущего бойца прицелиться-то трудно. А до этого — короткие перебежки между укрытиями, а то и движение ползком, если атака не прикрыта дымами или огневым валом своей артиллерии. Киношные же атаки в рост от своей траншеи и сразу до вражеской — это то, от чего отказались в Первую Мировую: слишком легко остановить пулемётами, слишком сложно управлять в процессе.
При этом правильные изображения штыковой атаки времён Великой Отечественной в кино тоже, к счастью, встречаются. Навскидку мне в голову приходят два фильма, причём уже современных.
В «Брестской крепости» 2010 года показана штыковая атака пехоты в идеальных условиях, как по учебнику: противник идёт цепями в чистом поле, красноармейцы скрытно сосредоточены на рубеже атаки, а после выбивания вражеских танков огнём ПТО и гранатами они атакуют рывком почти в упор, на те самые 40-50 метров, и опрокидывают противника. Майор Гаврилов в этой сцене, кстати, даже команду даёт уставную: «В атаку — ВПЕРЁД!».
У иностранной аудитории эта сцена вызывает тряску и непонимание, как немцы не перестреляли всех атакующих из своих MG-34. Видимо, никак не могут отпустить художественные образы из «Врага у ворот».
Не так-то это просто: пулемётный огонь во фронт не самый эффективный, а дистанция в правильной штыковой атаке сокращается буквально за секунды.
Менее красивый, но более показательный пример атаки пехоты РККА показан в открывающей сцене фильма «Ржев» 2019 года: как жаль, что весь остальной фильм не так хорош. Рота атакует деревню Овсянниково на рассвете и начинает движение именно бегом в полный рост, но делает это на эффекте неожиданности, чтобы максимально сократить дистанцию, прежде чем противник начнёт стрелять. Когда у немцев просыпаются пулемёты, рота почти сразу залегает и дальше движется ползком, и только когда вражеские пулемётные гнёзда закиданы гранатами, пехота поднимается в атаку с криком «Ура!». Пробежав метров тридцать, рота натыкается на колючую проволоку, а немцы восстанавливают систему огня: советская пехота опять залегает, режет колючку, снова забрасывает траншеи гранатами, и уже тогда коротким броском идёт в штыки, пока враг не пришёл в себя.
Примерно так, скорее всего, это и выглядело в жизни: профессиональные историки Второй Мировой могут меня поправить, если я ошибаюсь.
И я бы не сказал, что это выглядит скучно: наоборот даже, гораздо красивее и динамичнее, чем воспроизведение старых штампов. Если правильно снимать в кино штыковую мировых войн научились, может, и атаки других эпох рано или поздно научатся, отойдя от дурацких штампов про ломящуюся на врага толпу? Кто знает, но хотелось бы.