Когда я впервые наткнулся на упоминание об этой машине, то подумал, что речь идёт о какой-то альтернативной истории или чертежах из разряда нереализованных фантазий. Уж слишком непривычно выглядит сама мысль о том, что подводная лодка может не только плавать, но и самостоятельно передвигаться по берегу. Однако всё оказалось гораздо интереснее: в 1944 году такой аппарат действительно существовал, проходил испытания и даже рассматривался к серийному выпуску.
Речь идёт о машине, которая получила название Seeteufel — «Морской чёрт». Внешне в воде она напоминала компактную субмарину с двумя торпедами по бокам, способную погружаться на пару десятков метров. Но стоило ей приблизиться к берегу, как становилась заметной главная особенность: под корпусом находилось настоящее гусеничное шасси. Именно оно должно было избавить экипаж от необходимости искать порт, кран или специально оборудованный спуск.
Задумка выглядела настолько необычно, что даже сегодня, спустя десятилетия, она вызывает смешанные чувства — от удивления до определённого уважения к инженерной смелости.
Идея, родившаяся из практической необходимости
К середине войны я всё чаще замечаю в истории немецкого флота одну и ту же закономерность: чем сложнее становилась обстановка, тем более нестандартные решения предлагали инженеры. Германия активно развивала так называемые малые боевые средства — человекоуправляемые торпеды Neger и Marder, сверхмалые лодки Biber, Molch и более совершенный Seehund. Все они создавались для действий в прибрежных водах, где большие корабли были слишком уязвимы.
Но у всех этих аппаратов имелась общая проблема, о которой редко задумываются, глядя на эффектные фотографии. Доставить мини-субмарину к воде порой оказывалось сложнее, чем провести саму боевую операцию. Нужны были железнодорожные платформы, мощные краны, оборудованные гавани или специальные транспортные тележки. Если авиация противника разрушала портовую инфраструктуру, возможности применения малых лодок резко сокращались.
Инженер Алоис Лёдиге, работавший в торпедном испытательном центре в Эккернфёрде, предложил довольно неожиданный выход из этой ситуации. Он решил сделать лодку амфибией. Под корпус установили гусеничное шасси, благодаря которому аппарат теоретически мог съехать прямо со стандартного тяжёлого транспортного прицепа, самостоятельно добраться до воды и войти в море с обычного пологого берега. Более того, на гусеницах Seeteufel мог двигаться и по морскому дну, что открывало дополнительные тактические возможности.
От чертежей до опытного образца
Меня всегда поражает, насколько быстро в условиях военного времени могли создаваться подобные машины. Работы над идеей начались в первой половине 1944 года. Сначала появился небольшой экспериментальный аппарат, который позволил проверить сам принцип гусеничной субмарины. А уже затем команда Лёдиге примерно за четыре месяца разработала полноценный двухместный Seeteufel.
С техническими характеристиками возникает определённая путаница. В немецкой литературе чаще встречаются 13,5 метра длины и около 20 тонн в снаряжённом состоянии. В некоторых англоязычных источниках приводятся 14,2 метра и примерно 35 тонн. Поэтому я бы говорил не об одной бесспорной цифре, а о машине длиной примерно 14 метров. Экипаж состоял всего из двух человек, что было типично для сверхмалых лодок того времени.
Над корпусом возвышалась небольшая рубка с перископом и шноркелем. По бокам можно было закрепить две стандартные торпеды G7 либо вместо них взять четыре морские мины. Для действий на суше рассматривалась даже установка пулемёта или огнемёта, хотя до практической реализации этих вариантов дело не дошло.
Неожиданные результаты испытаний
Когда начались испытания, выяснилась довольно парадоксальная картина. В воде машина оказалась лучше, чем на берегу. Для движения на поверхности и по суше использовался двигатель мощностью примерно 80 лошадиных сил, а под водой — электрический мотор AEG приблизительно на 25 лошадиных сил. Под водой Seeteufel мог развивать около 8 узлов, на поверхности — примерно 10 узлов. Во время испытаний лодка погружалась на глубину 21 метр, при этом расчётная предельная глубина составляла около 25 метров.
По сохранившимся описаниям, под водой аппарат оказался довольно манёвренным. Управлялся он необычно — при помощи рукоятки, напоминавшей авиационный штурвал. Горизонтальные рули хорошо реагировали на команды, поэтому лодку было сравнительно легко погружать и выводить наверх. А вот на суше начались неприятности.
Восьмидесяти лошадиных сил для тяжёлой машины явно не хватало. По твёрдой ровной поверхности она могла развить лишь около 10 километров в час. На песке и мягкой земле ситуация становилась ещё хуже. Я хорошо представляю себе эту картину: тяжёлый корпус, узкие гусеницы и двигатель, который отчаянно пытается вытянуть машину из прибрежного песка.
Слабое место необычной конструкции
Главной ошибкой оказались именно гусеницы. Они были слишком узкими. Для подводной лодки это казалось незначительной деталью, но на пляже всё решало давление на грунт. Тяжёлый корпус буквально пытался зарыться в песок. Кроме того, узкая колея делала высокую машину менее устойчивой, что создавало дополнительные риски при движении по неровной поверхности.
Испытания показали странный результат: самая необычная часть проекта — способность подводной лодки ездить по суше — одновременно оказалась его главным слабым местом. Инженеры предложили переделать шасси. У следующей версии гусеницы должны были стать шире и располагаться дальше друг от друга. Вместо слабого двигателя хотели поставить дизель примерно на 250 лошадиных сил, а мощность подводного электромотора увеличить приблизительно до 100 лошадиных сил. После такой переделки машина должна была заметно увереннее выходить на берег.
Практический смысл возвращения на сушу
Мне кажется важным объяснить, зачем вообще было возвращать лодку на сушу. Именно здесь Seeteufel отличался от обычной сверхмалой субмарины. Аппарат можно было привезти ночью к практически неподготовленному участку побережья. Ему не требовался большой порт: достаточно тяжёлого трейлера и сравнительно пологого входа в воду.
После спуска лодка могла идти в надводном положении, погрузиться перед подходом к цели и атаковать корабль двумя торпедами. Если возвращение было возможно, экипаж получал шанс выйти на берег в другом месте. Это делало систему интересной для диверсионных операций в районах, где портовая инфраструктура уже уничтожена или находится под наблюдением противника.
К концу войны для Германии такая возможность была особенно привлекательна: союзная авиация методично разрушала транспортные узлы и базы, а немецкому флоту всё труднее было свободно пользоваться портами. В этих условиях амфибийная субмарина могла стать настоящим спасением для диверсионных подразделений.
Заказ и закрытие проекта
Испытания не закончились немедленным закрытием проекта. Несмотря на слабый сухопутный ход, сама концепция заинтересовала командование малых боевых соединений Kriegsmarine. Производство собирались передать компании Borgward в Бремене, которая имела огромный опыт строительства гусеничной и специальной техники. В немецких источниках говорится о заказе сначала трёх доработанных машин, после которых предполагалась партия ещё примерно из двадцати Seeteufel с усиленной силовой установкой.
Но ни одна из них закончена не была. Причина оказалась намного прозаичнее технических недостатков. В начале 1945 года Германия уже не могла позволить себе распылять заводы и материалы между множеством экспериментальных проектов. Командование флота решило сосредоточиться на тех системах, которые уже находились в серийном производстве.
Особенно перспективным считался Seehund — нормальная по конструкции двухместная сверхмалая подлодка. Таких машин успели построить сотни, и они действительно выходили на боевые задания. На этом фоне разработка новой гусеничной субмарины, требовавшей ещё нескольких прототипов и переделки двигателя, выглядела роскошью. Seeteufel остался в единственном экземпляре.
Судьба прототипа и наследие проекта
К концу войны лодку перевезли в район Любек-Шлутуп, где находилась база подразделений малых боевых средств Kriegsmarine, имевшая условное название Blaukoppel. Когда поражение Германии стало неизбежным, прототип уничтожили сами немцы, чтобы он не достался союзникам целым. Поэтому сегодня настоящего Seeteufel в музее нет. О нём остались фотографии, чертежи и технические описания.
Я не считаю эту идею бессмысленной, хотя по фотографии она может показаться именно такой. Военные действительно сталкивались с проблемой спуска малых подлодок в неподготовленных местах, а гусеницы давали аппарату возможность обходиться без портового крана. Подвела конструкцию скорее инженерная реальность: 14-метровая подводная лодка оказалась слишком тяжёлой для небольшого сухопутного двигателя и слишком требовательной к своему необычному шасси.
Поэтому Seeteufel так и не успел выпустить ни одной торпеды в бою. Но среди множества экспериментальных машин конца Второй мировой он выделяется даже сегодня: инженеры действительно взяли настоящую подводную лодку, поставили её на гусеницы и заставили самостоятельно выходить из моря на сушу. Это был смелый эксперимент, который показал, что даже самые необычные технические решения могут иметь практический смысл, если правильно оценить их ограничения.