Судьба бронетехники порой напоминает детективную историю, в которой финал невозможно предугадать заранее. Казалось бы, чем больше танков выпущено, тем выше шанс, что хотя бы несколько машин доживут до музейных залов. На практике всё складывается иначе: отслужившая техника чаще всего отправляется в переплавку, и лишь спустя десятилетия становится ясно, что какие-то образцы исчезли полностью. Восстановить утраченное удается далеко не всегда, и особенно ценной оказывается работа поисковиков, возвращающих боевые машины буквально с того света.
Американский средний танк M4A2(76)W долгое время считался именно такой безвозвратной потерей. Эта машина интересна уже тем, что поставлялась исключительно в Советский Союз, поэтому на родине, в Соединенных Штатах, ее практически не сохранилось. Сегодня один из поднятых со дна Баренцева моря танков можно увидеть в музейном секторе парка «Патриот». Причем речь идет не о статичном экспонате, а о полностью ходовой машине, способной участвовать в мероприятиях.
Глядя на этот танк сегодня, сложно представить, что он провел почти семьдесят лет под водой. Внешне машина выглядит на удивление достойно, хотя морская вода не пощадила ни внутренние агрегаты, ни ходовую часть. Тем не менее именно этот образец стал одним из самых ярких примеров того, как энтузиазм и военная смекалка способны вернуть историю в строй.
Универсальная платформа, опередившая время
Когда в начале сентября исполнилось 85 лет с момента появления Medium Tank M4, стало особенно заметно, насколько удачной оказалась заложенная в него конструкторская идея. Создатели танка, изначально носившего обозначение T6, проектировали машину с серьезным запасом на будущее. В первую очередь это касалось башенного погона, диаметр которого в свету составлял 1750 миллиметров. Для своего времени это был рекордный показатель, и именно он позволил в дальнейшем устанавливать на танк более мощные орудийные системы без кардинальной переделки корпуса.
Не менее важным оказался подход к ходовой части. Элементы подвески крепились к бортам корпуса на болтах, что давало возможность заменять их на более совершенные узлы. Благодаря этому даже самые старые серийные машины можно было модернизировать, доводя их характеристики до уровня поздних версий. Такой запас прочности шасси стал одной из причин, по которой семейство M4 оставалось актуальным на протяжении многих лет.
Подъем затонувших танков начался в 2014 году, и уже тогда было понятно, что машины находятся в крайне тяжелом состоянии. Корпуса и башни сохранились, но внутреннее оборудование превратилось в труху. Тем не менее именно эти находки дали шанс восстановить редчайшую модификацию, которая до того момента считалась утраченной навсегда.
Рождение новой башни и «мокрой» укладки
К 1942 году стало очевидно, что стандартное вооружение M4 нуждается в усилении. Наиболее перспективным вариантом оказалась 76-мм танковая пушка T1, разработанная на основе зенитного орудия. Изначально ее планировали ставить на тяжелый танк T1, но вскоре выяснилось, что система вполне помещается и в башню среднего танка. Правда, условия работы экипажа при этом ухудшались, поэтому параллельно началась разработка новой башни, которая обеспечила бы наводчику и заряжающему больше пространства.
В итоге победил компромиссный вариант. Башня D82081, созданная для среднего танка T23, отлично подошла для установки на M4. Сам T23 оказался неудачным, но его башня стала настоящей находкой. Получившийся гибрид запустили в серийное производство в сжатые сроки. Одновременно с этим в корпусе появилась так называемая «мокрая» укладка, которая повышала живучесть экипажа при попадании снаряда. Именно она добавила к индексу букву W.
Изначально поднятый танк занял место в музее ВВС Северного флота в поселке Сафоново. После реставрации он неоднократно участвовал в парадах в Североморске и Мурманске, привлекая внимание зрителей своим необычным видом. Позже машину передали в парк «Патриот», где она находится и сегодня.
Корпус танка к моменту появления новой башни также претерпел изменения. Носовую часть переработали, чтобы увеличить объем боевого отделения и сделать люки на крыше более удобными. В результате появились три варианта шасси, получившие новую башню: M4A1, M4A2 и M4A3. Первым в серию пошел M4A1(76)W в январе 1944 года, за ним последовал M4A3(76)W в марте, а в мае того же года началось производство M4A2(76)W.
Участие в парадах стало для этой машины своеобразным возвращением в строй. Восстановленный танк выглядел настолько убедительно, что невольно возникал вопрос: неужели он действительно пролежал на дне моря несколько десятилетий? Ответ на него давали лишь некоторые детали, выдававшие непростую судьбу машины.
Единственный оператор — Красная Армия
Судьба трех версий с 76-мм орудием сложилась по-разному. M4A1(76)W стал единственным вариантом, который получали англичане, а M4A3(76)W американцы оставили себе, считая его наиболее удачным. Что касается M4A2(76)W, то его единственным оператором стала Красная Армия. Американской армии дизельные танки были не нужны, небольшое их количество использовалось лишь корпусом морской пехоты. Англичане же отдавали предпочтение Sherman VC с 17-фунтовой пушкой, которую считали более эффективной, чем 76-мм орудия семейства M1.
Всего завод Grand Blanc Tank Arsenal выпустил 1595 танков данной модификации. Это количество практически совпадает с объемом поставок в Советский Союз. Первые машины прибыли южным маршрутом 27 сентября 1944 года, а в боевых действиях их начали применять в начале 1945-го. Эти танки сыграли заметную роль в завершающих операциях Великой Отечественной войны. Например, машины 1-го механизированного корпуса участвовали в замыкании кольца окружения вокруг Берлина с северо-запада.
В 2020 году танк передали в парк «Патриот». Это решение вызвало споры, поскольку в Кубинке уже находился M4A2E8, имеющий практически такую же конфигурацию. Однако у поднятой со дна машины есть одно важное преимущество — она ходовая, что делает ее ценным участником динамических показов.
На таком танке воевал Дмитрий Лозы, впоследствии написавший мемуары «Танкист на иномарке». Его воспоминания стали одним из немногих свидетельств боевого применения M4A2(76)W в Красной Армии. Эти машины ценили за надежность, хорошую обзорность и удобство работы экипажа, хотя к вооружению и бронированию у советских танкистов были определенные претензии.
После установки новой ходовой части танк стал фактически равнозначен M4A2E8. Это было вынужденное решение, поскольку оригинальная подвеска не сохранилась. Тем не менее внешне машина выглядит аутентично, а ее ходовые качества вполне соответствуют требованиям музейной эксплуатации.
Исчезновение и неожиданная находка
После войны M4A2(76)W оказались в положении «промежуточных» машин. Они не успели получить модернизированную ходовую часть HVSS, как M4A2E8, но уже не были нужны в качестве учебных или вспомогательных машин. В результате большинство танков этой модификации отправили в металлолом. Даже в роли тягачей они не особо пригодились, поэтому к середине 2010-х годов считалось, что ни одного экземпляра не сохранилось.
Между тем недалеко от Мурманска, рядом с островом Кильдин, лежал американский транспорт SS Thomas Donaldson. 20 марта 1945 года его атаковала немецкая подводная лодка U-968. На борту находились танки M4A2(76)W и другие грузы. Транспорт затонул на глубине 60 метров, и почти семьдесят лет о нем мало кто вспоминал. Информация о том, что на дне лежит судно с танками, имелась, но до практических работ дело дошло только в 2014 году.
Интересно, что «утопленник» после реставрации выглядит даже бодрее некоторых полигонных машин. Конечно, внутреннее оборудование пришлось восстанавливать практически с нуля, но внешний вид танка получился весьма убедительным. Это особенно заметно при сравнении с другими экспонатами, прошедшими через десятилетия хранения под открытым небом.
Специалисты аварийно-спасательного отряда Северного флота организовали первую экспедицию, в ходе которой удалось поднять несколько танков. Всего со дна Баренцева моря достали шесть машин данной модификации. У каждой из них своя судьба, но наиболее удачно сложилась история танка с серийным номером 64465, изготовленного в декабре 1944 года по контракту T-13901. Это один из последних M4A2(76)W, от первых M4A2E8 он отличался только ходовой частью.
Ходовой статус машины — ее главное преимущество перед статичными экспонатами. Возможность запустить двигатель и провести танк по площадке музея производит совершенно иное впечатление на посетителей, чем вид неподвижного памятника. Именно поэтому восстановление этого образца можно считать особенно удачным.
Реставрация в условиях ограниченных ресурсов
Говоря о проделанной работе, нельзя не отметить усилия североморцев. Возможности по получению оригинальных деталей у них были крайне скромными, но на помощь пришел тягач, переделанный из M4A2E8. С него удалось снять ходовую часть, которая, хоть и не соответствовала оригинальной комплектации, но была полностью рабочей. Оттуда же взяли трансмиссионный блок. Фактически получился M4A2E8, даже с комплектом крыльев, которые устанавливались вместе с новой подвеской.
С двигателем ситуация оказалась сложнее: оригинальный мотор рассыпался в труху. Пришлось использовать силовой агрегат от тягача МТ-ЛБ, что, конечно, не аутентично, но зато обеспечивает машине подвижность. В условиях ограниченного финансирования и плохого исходного состояния танка это было единственно возможное решение.
Родную светотехнику Северный флот достать не мог, поэтому пришлось довольствоваться имитацией. Впрочем, она выглядит вполне достойно и не бросается в глаза. Подобные компромиссы неизбежны при восстановлении техники, пролежавшей десятилетия в морской воде.
Реставрацию проводили военнослужащие отдельного ремонтно-восстановительного батальона Северного флота. Общее руководство осуществлял командующий Северным флотом вице-адмирал Николай Евменов. Особую роль в работе сыграл Дмитрий Укрюков, который занимался аутентичной техничкой на бортах танка. Благодаря его усилиям машина получила внешний вид, максимально приближенный к оригиналу.
Донором для восстановления послужил тягач на базе M4A2E8. Это позволило получить не только ходовую часть, но и другие необходимые агрегаты. Конечно, такая замена не делает машину полностью аутентичной, но в данном случае важнее было вернуть танк в строй, чем добиться идеальной исторической точности.
Новая жизнь в парке «Патриот»
Изначально восстановленный танк занял место в Музее ВВС Северного флота в поселке Сафоново. Там он стал одной из главных достопримечательностей и регулярно участвовал в парадах. Позже машину передали в парк «Патриот», что вызвало определенные споры. Дело в том, что в Кубинке уже находился M4A2E8, имеющий практически такую же конфигурацию. Если бы у поднятого со дна танка сохранилась оригинальная ходовая часть, его историческая ценность была бы выше. Но после замены подвески он стал фактически аналогом уже имеющегося экспоната.
Впрочем, у этой машины есть важное преимущество — она ходовая. Это позволяет использовать ее в мероприятиях парка, проводить динамические показы и не тратить ресурс на постановку на ход M4A2E8. Внешне танк выглядит так же, как и его «сухопутный» собрат, но его история гораздо более драматична. Машина, поднятая со дна Баренцева моря, уже пережила самое страшное, что могло с ней случиться.
С точки зрения экстерьера машина выглядит весьма неплохо, особенно если учесть ее происхождение. Корпус и башня сохранились достаточно хорошо, а восстановленные элементы не выбиваются из общей картины. Конечно, специалист заметит отличия от оригинала, но обычный посетитель вряд ли обратит на них внимание.
Сегодня танк можно увидеть в музейном секторе парка «Патриот». Его присутствие там — напоминание о том, что даже самые, казалось бы, безвозвратно утраченные образцы техники могут вернуться в строй. История M4A2(76)W, поднятого со дна Баренцева моря, — это история о том, как настойчивость и профессионализм позволяют сохранить память о войне для будущих поколений.
Башня у танка такая же, как у M4A2E8, что лишний раз подчеркивает близость этих двух модификаций. Разница между ними заключалась лишь в ходовой части, и после замены подвески восстановленный танк фактически стал полным аналогом своего более позднего собрата.
Особую ценность этой машине придает ее история. Она не просто сохранилась до наших дней, а была возвращена буквально с того света. Подъем с шестидесятиметровой глубины, реставрация в условиях ограниченных ресурсов, участие в парадах — всё это делает танк не просто экспонатом, а живым свидетелем сложной и драматичной судьбы американской техники, воевавшей в Красной Армии.
Также была восстановлена техничка на бортах танка. Эта деталь, на первый взгляд незначительная, на самом деле играет важную роль в создании аутентичного облика машины. Именно такие мелочи отличают качественную реставрацию от простого приведения техники в экспозиционный вид.
Остается только порадоваться, что машина попала в хорошие руки. Североморцы сделали всё возможное, чтобы сохранить этот редкий образец, и их усилия не пропали даром. Сегодня танк продолжает жить, участвуя в мероприятиях и напоминая о том, что история бронетехники полна неожиданных поворотов.
Работа по восстановлению внешнего вида машины была проделана огромная. Можно сказать, это моделизм в масштабе 1:1, где каждая деталь имеет значение. И хотя не всё удалось сделать идеально аутентичным, результат заслуживает уважения.
Стопор орудия оставлен в походном положении, что говорит о бережном отношении к механизмам. Машина находится в рабочем состоянии, и это накладывает определенные требования к ее обслуживанию. Но именно такой подход позволяет сохранить танк не просто как памятник, а как действующий образец техники.
Стопор оставлен в походном положении, что говорит о бережном отношении к механизмам. Машина находится в рабочем состоянии, и это накладывает определенные требования к ее обслуживанию. Но именно такой подход позволяет сохранить танк не просто как памятник, а как действующий образец техники.