Судьба уникальной техники иногда складывается куда интереснее официальных отчётов. В случае с малыми подводными лодками проекта 865 «Пиранья», чья история долгие годы была окутана завесой секретности, реальность оказалась неожиданной: после формальной утилизации в 1999 году обе машины не исчезли бесследно, а продолжили существовать в виде оригинальных конструктивных элементов, бережно сохранённых энтузиастами.
Об одной из них — полноценной копии, собранной с использованием подлинных фрагментов и установленной на Истринском водохранилище, — мне уже доводилось рассказывать ранее. Однако рядом с ней нашлось место и для второго экспоната, представляющего собой, по сути, конструктор из уцелевших частей корпуса другой субмарины.
Прежде чем погрузиться в детали сохранившихся артефактов, стоит напомнить, чем именно были эти корабли. Идея создания сверхмалых диверсионно-разведывательных субмарин для ВМФ СССР оформилась ещё в начале 1970-х годов. Причиной тому стало усиление военно-морских группировок НАТО вблизи советских границ и осознание высокой вероятности масштабного конфликта, в котором традиционным подводным силам пришлось бы действовать в крайне неблагоприятных условиях.
Проектирование стартовало в 1974 году под руководством конструктора С. М. Бавилина. Перед инженерами стояла задача создать корабль, способный эффективно работать на мелководье и в речных акваториях, насыщенных средствами противолодочной обороны. Спустя два года, в 1976-м, командование флота утвердило детализированное техническое задание, адресованное Ленинградскому специальному морскому бюро машиностроения «Малахит». Новая лодка должна была погружаться на глубины до 200 метров, нести на борту водолазную группу, минно-торпедное вооружение и аппаратуру радиоэлектронной разведки. Проекту присвоили номер 865 и шифр «Пиранья», а первым главным конструктором стал Л. В. Чернопятов.
Технический облик корабля окончательно сформировался к 1984 году. Закладка первой опытной субмарины МС-520 состоялась 15 июля на Ленинградском Адмиралтейском объединении уже под началом нового главного конструктора Ю. К. Минаева. Спуск на воду прошёл в 1986-м, а через два года лодку приняли в опытную эксплуатацию. В 1987 году на том же предприятии заложили вторую головную подлодку МС-521, которая отправилась на ходовые испытания в 1990-м. Существовал и третий корпус — ИС-518, заложенный в 1988 году, но от его достройки отказались в 1991-м.
Конструктивно «Пиранья» представляла собой двухкорпусной корабль. Внутренний прочный корпус изготавливался из немагнитного титанового сплава, а внешний — из композитных материалов, что существенно снижало заметность лодки для средств обнаружения. При габаритах 28,2 метра в длину, 4,7 метра в ширину и 5,1 метра в высоту она оставалась чрезвычайно компактной.
В надстройке размещались навигационное оборудование и системы радиоэлектронной разведки. Центральный пост, занимавший среднюю часть корабля, отличался высокой степенью автоматизации — это позволяло сократить экипаж до трёх человек. Ниже находились аккумуляторные батареи, а в кормовой необитаемой части на специальной амортизационной платформе монтировалась дизель-электрическая энергетическая установка с полным электродвижением. Тихоходный гребной электродвигатель постоянного тока мощностью 60 кВт обеспечивал скорость около 6 узлов и дальность плавания до 1000 миль в надводном положении и 260 миль под водой. Автономность достигала десяти суток. В носовой оконечности располагалась шлюзовая декомпрессионная камера.
Вооружение корабля заслуживает отдельного внимания. Помимо легководолазной группы из шести человек, субмарина несла два специальных контейнера под внешним лёгким корпусом. В них могли размещаться либо два транспортировщика типа «Сирена-УМЭ» и четыре буксировщика «Протон», либо решётки пневмомеханического выталкивающего устройства с четырьмя донными минами ПМТ большой мощности — включая ядерный вариант, — либо две 400-мм торпеды «Латуш». Для обслуживания двух построенных лодок подготовили четыре основных экипажа и один технический.
Испытания проходили на Балтике: сначала в эстонских водах, затем — в Латвии, где лодки вошли в состав 22-й бригады подводных лодок. После распада Советского Союза и вывода российского флота их перебазировали в Кронштадт.
Эксплуатация выявила множество конструктивных недостатков и общую сложность обслуживания. Секретные ещё недавно корабли не прижились в отечественном флоте. Уже в 1993 году чертежи и макеты представили на выставке вооружений в Абу-Даби, но покупателей не нашлось даже там. Спустя год обе субмарины поставили на консервацию в Зимней гавани Кронштадта из-за нехватки финансирования и общего потепления отношений с Западом.
Любопытный эпизод случился в 1997 году, когда «Пираньи» попали в кадр фильма «Особенности национальной рыбалки». Для наружных сцен их использовали без особых ограничений, а вот интерьеры снимать не позволила теснота внутренних помещений — эти эпизоды создавались уже на борту большой подводной лодки Б-307 проекта 641Б «Сом», которая сегодня хранится в музейно-парковом комплексе истории техники имени Г. К. Сахарова.
Формальный финал наступил в 1998–1999 годах. Обе лодки вывели из состава ВМФ, отбуксировали на Кронштадтский морской завод и к 2000 году утилизировали, получив порядка 200 тонн титана. Казалось бы, на этом история завершена. Но именно здесь начинается самое интересное.
Многие элементы лёгких композитных корпусов уцелели. Их удалось спасти благодаря усилиям офицеров и историков из ассоциации «Клуб Русская морская традиция». В 2022 году на Истринском водохранилище, на территории гостиничного комплекса «Мистраль», появилась точная копия одной из «Пираний», собранная с применением оригинальных фрагментов.
Годом позже неподалёку установили ещё один экспонат, о котором известно заметно меньше. Это своеобразный «скелет» второй субмарины, составленный из аутентичных элементов. Попасть на территорию непросто, поэтому и свидетельств о нём немного. По мере обнаружения новых деталей конструкция постепенно обрастает фрагментами и всё сильнее напоминает настоящую подводную лодку.
То, что удалось сохранить, впечатляет даже в таком виде. Среди экспонатов — несколько элементов носовой части, оригинальная надстройка рубки, фрагменты бортовой обшивки и кормовых конструкций. Гребной винт, вероятнее всего, не подлинный, но его присутствие придаёт экспозиции завершённость и делает восприятие более целостным.
Внутрь тоже можно заглянуть. Под надстройкой размещены макеты торпед, а особый интерес вызывает герметичный люк шлюзовой камеры, вырезанный из корпуса подлинной субмарины. Правда, определить его принадлежность именно этому проекту сложно: перед нами типовой переборочный люк, который на флоте часто называют дверью и который встречался на многих моделях подводных кораблей.
Разумеется, эти экспозиции нельзя назвать полностью сохранившимися кораблями. Но ценность их в другом — в стремлении неравнодушных людей уберечь от забвения страницу истории Военно-Морского Флота, пусть даже в виде разрозненных, но подлинных фрагментов некогда сверхсекретных машин.
Дальнейшие публикации я планирую посвятить другим любопытным экспонатам, расположенным на той же территории, — благо там действительно есть на что посмотреть.